interview/2017/08/nekotoryie-rossiyane-ne-veryat-v-sushhestvovanie-gulaga/НЭП 08 // «Некоторые россияне не верят в существование ГУЛАГа» // 03.08.2017 // Интервью
НЭП 08 // Ежедневные Экономические Вести
Версия для печати // Оригинальный адрес: interview/2017/08/nekotoryie-rossiyane-ne-veryat-v-sushhestvovanie-gulaga
// ТЕМЫ И СЮЖЕТЫ // Архив

«Некоторые россияне не верят в существование ГУЛАГа»
Для чего государство дает деньги на перепись лагерей и раскрытие жуткой истории России

В числе получателей президентского гранта на этой неделе оказался проект «Интерактивная карта ГУЛАГА» Фонда увековечения памяти жертв политических репрессий, пишет «URA.RU». Его авторы признаются: проект может вызвать неоднозначную реакцию в обществе и дать старт новой дискуссии. Оказывается, тема Большого террора в должной мере не изучена. Чем на самом деле был ГУЛАГ и почему власти заинтересованы раскрыть эту тему — в интервью рассказал директор Государственного музея истории ГУЛАГа, руководитель Фонда памяти Роман Романов.

— Роман Владимирович, ваш проект многим кажется не до конца понятным — дескать, для чего ворошить прошлое, зачем вновь открывать эту страшную страницу нашей истории?

— Прежде всего, наш проект необходим для того, чтобы разрешить споры, которые ведутся в обществе много лет. Тема ГУЛАГа чаще всего сопровождается человеческими эмоциями, а не конкретными фактами. Это неправильно. Именно поэтому наш фонд и решил составить подробную картографию лагерей: где они были, сколько их, кто там отбывал наказание, какова была численность заключенных, многие ли умирали в неволе… Вопросов много, и все они требуют ответов. Мы стремимся к тому, чтобы заполнить эти лакуны знаниями. Это наша история, страшная история. Но ее надо знать и помнить.

Директор Государственного музея истории ГУЛАГа Роман Романов уверен, что его проект сделает тайное явным

— Насколько реально сегодня получить достоверные знания?

— Для того, чтобы сформировать детальную карту, мы используем и архивные материалы, которые включают в себя и статистику, и фотографии, а также задействуем огромный массив информации, получаемой от исследователей в регионах. Мы уже убедились, что в каждом регионе России есть два-три человека, которые много знают о лагерях, находившихся на их территориях. Некоторых этих людей я называю музеями — такой гигантский объем информации они хранят в себе. Мы встречаемся с ними, работаем вместе, обмениваемся знаниями.

— А что даст такая скрупулезная работа? Какова главная цель, Роман Владимирович?

— Мы должны максимально заполнить карту, закрасить все белые пятна, которых сегодня немало. Получим реальные цифры, посчитаем и поймем реальный масштаб репрессивной политики, царившей в те годы. Дело в том, что до сих пор на этот счет присутствует множество мнений.

Одни, например, утверждают, что никакого ГУЛАГа и не было вовсе — мол, в лагерях сидели настоящие бандиты, которые и должны были сидеть. Другие, напротив, убеждены, что в лагеря у нас сослали чуть ли не половину всей страны. Но это эмоции. Нам нужна истина.

Когда мы получим цифры, точные данные, то разговор будет конкретным, и многие споры просто сойдут на нет. Наша задача — подтвердить каждую цифру, каждый факт документально. Тогда никто не сможет сказать — они что-то напутали или переврали.

— Наверное, проект надо делать быстро, ведь многие исследователи уходят, да и свидетелей тех событий практически не остается…

— Абсолютно верно! Надо торопиться. Поскольку людей, обладающих ценными знаниями о той эпохе, действительно становится меньше. Их единицы. Они мне напоминают огоньки свечей в большом темном пространстве. Мы должны как можно скорее объединить их и «высветить» максимальный массив знаний.

Есть и другая проблема. Многие гулаговские объекты тоже стремительно исчезают — где-то на месте лагеря устроили свалку, где-то — возвели коттеджный поселок. Реальных объектов становится все меньше и меньше.

Есть и другая проблема. Многие гулаговские объекты тоже стремительно исчезают — где-то на месте лагеря устроили свалку, где-то — возвели коттеджный поселок. Реальных объектов становится все меньше и меньше.

— Но где-то они еще сохранились?

— Мы как раз собираемся в экспедицию в Магаданскую область — там хорошо сохранился урановый рудник, на котором отбывали наказание и многие известные люди. Он находится в труднодоступном месте. Будем туда пробираться, фиксировать все, что там сохранилось, вести съемку с воздуха. Это действительно уникальное место.

— Роман Владимирович, а что будет представлять из себя интерактивная карта?

— Мы сделаем интернет-проект, которым сможет воспользоваться любой желающий. Человек зайдет на сайт, увидит карту, щелкнет на кнопку «Play» и получит весь объем информации — в каких регионах были лагеря, сколько людей там сидело, почему вообще они там оказались. Аналогичную карту только на интерактивном экране с системой управления мы предоставим ряду музеев. Полученный президентский грант позволит нам реализовать столь масштабный проект.

— Государство сегодня заинтересовано в том, чтобы тема ГУЛАГа перестала быть столь закрытой?

— Несомненно! Исследование, раскрытие информации о той странице истории — это один из элементов государственной политики. Мы вместе с властями сегодня сделаем все для того, чтобы понять и осознать, какую трагедию пережила вся наша страна. И сделаем все, чтобы это больше никогда не повторилось.

© 2008, НЭП 08

Версия для печати // Оригинальный адрес: interview/2017/08/nekotoryie-rossiyane-ne-veryat-v-sushhestvovanie-gulaga
© НЭП`08, Ежедневные Экономические Вести, 2008.
Свидетельство о регистрации СМИ ИА № ФС 77-35301 от 16 февраля 2009 года
Телефон, факс +7 343 371-33-29 E-mail: info@nep08.ru
При использовании материалов ссылка на «НЭП`08» обязательна