НЭП 08 // Ежедневные Экономические Вести
Сегодня
Четверг
14 декабря
ИНТЕРВЬЮ ОБЗОР РЫНКА БЛИЦ-ОПРОС ЭКСПЕРТНОЕ МНЕНИЕ
РЕДАКЦИЯ | RSS | АРХИВ | ПОИСК | КОНТАКТЫ
Интервью
Темы и сюжеты // Архив
группа компаний ЛЕВЪ & ЛЕВЪ-АУДИТ

«При Мишарине даже потяжелее было»
Директор «Аргус СФК» — о долгах проекта, возможном банкротстве и консервации предприятия

23.08.2017

С 1 сентября деревообрабатывающий комбинат «Аргус» ждет частичная консервация фанерного цеха, пишет Znak.com. В свое время предприятие прославилось из-за близости к семье экс-губернатора Свердловской области Александра Мишарина. Последние полтора года компания судится с департаментом лесного хозяйства Свердловской области, пересчитавшим стоимость арендной платы предприятия за лес в сторону увеличения и насчитавшего компании свыше 32 млн рублей долга. На предприятии готовятся к консервации фанерного цеха и сокращении штата. Владельцы ищут нового инвестора, который бы взял на себя обязательства по модернизации производства. 

В интервью директор компании Валерий Борисенко рассказал, в какой момент у предприятия начались финансовые трудности, как это связано с отказом от государственных преференций и что ждет поселок Восточный, для которого комбинат — один из крупнейших работодателей.

«Деньги по факту ушли в землю»

— С какого момента у «Аргуса» начались экономические трудности? 

— Чтобы ответить на этот вопрос, нужно сначала немного рассказать об истории предприятия. С 2005 года учредители компании начали поиск места под аренду для создания нового предприятия. «Аргус СФК» образовался на базе старой лесопилки. В 90-е годы там все было разрушено — видно, что местные ребята хорошо поработали против поселка, оборудование срезали. Украли даже узкоколейную железную дорогу. Рядом — взорванная ТЭЦ. Все, что осталось от прошлого заводоуправления, — несколько построек.

И на этих руинах в 2006 году учредители начали строить свой завод. Изначально предполагалось, что основным производством для «Аргуса» станет производство фанеры, поэтому и было много времени потрачено на поиск места аренды — нужно было определенное соотношение лиственного и хвойного леса. Участок закрепили за собой и подали заявку на инвестиционный проект, чтобы начать производство. Попадание в федеральную программу Минпромторга позволяло экономить 50% стоимости арендных платежей ежегодно. Это была общедоступная программа, для всех, кто обеспечил инвестиции в лесопереработку более 300 млн. рублей — независимо от того, чьи фамилии были в составе учредителей, хотя по этому поводу было довольно много спекуляций.

Мы взяли необходимые средства в кредит и были включены в программу Минпромторга в августе 2008 года. Однако с момента начала покупки оборудования возникли определенные проблемы. В первую очередь нужно было купить оборудование для котельной — сердца фанерного производства. Нашли компанию ООО «Союз», которая нам начала поставлять оборудование с Бийского котельного завода. Начали поставки, мы посмотрели котлы — вроде бы с ними все нормально, номера есть, характеристикам соответствуют. Сначала мы ничего не заподозрили и вложили туда около 26-27 млн рублей. Потом чисто случайно, благодаря службе безопасности, поинтересовались, а производились ли вообще такие котлы на Бийском заводе. Оказалось, что нет.

Подрядчик сначала предоставлял нам какие-то копии несуществующих документов, затягивал весь этот процесс. В конечном итоге оказалось, что продукция контрафактная. Поскольку это изначально достаточно опасное производство, решили, что тратить такие немаленькие деньги на непонятное оборудование нецелесообразно и не стали тратиться на монтаж этого котла. После этого мы были вынуждены обратиться к другому производителю — турецкой фирме Bersey. Оборудование отличное, но за котельную пришлось заплатить еще раз. Пытались взыскать с поставщика контрафакта деньги, но он обанкротился и нам это не удалось, не удалось привлечь его к ответственности и правоохранительным органам. Те деньги по факту ушли в землю.

Директор «Аргус СФК» — о долгах проекта, возможном банкротстве и консервации предприятия

— Что произошло дальше?

— В 2008–2009 годах пошел кризис, и нас это несколько подкосило — все оборудование покупалось за валюту, цена которой резко выросла. Чтобы оборудование не простаивало, пока мы строим фанерный цех, мы построили лесопильный цех, чтобы люди у нас уже начали трудиться. Но по проекту лесопилка, работающая на хвойных породах, была только вспомогательным производством. Наша лесосека была рассчитана на 316 тыс. кубометров леса в год, но растут там преимущественно лиственные деревья. Чисто хвойные участки леса — лишь небольшими делянками, достаточно удаленными от производства. Плюс у нас сезонный вид заготовки: лес можно везти только зимой, и за это время нужно заготовить материалы на весь год. И из этой лесосеки мы вырубали меньше четверти объема — где-то 60-70 тыс. кубов.

При этом платить нужно за все! И на арендатора наложено обязательство по обслуживанию этого леса: посадке новых деревьев, организации зон отдыха, борьбе с лесными пожарами и так далее. В результате сложилось несколько факторов: кризис, потребность в больших инвестициях на стартовом этапе, недобросовестные подрядчики и слишком большие арендные платежи. И, если арендные платежи мы учитывали при планировании бизнеса, то спрогнозировать масштабный кризис, растянувшийся почти на 10 лет, и контрафактный котел (почти за миллион долларов по тогдашнему курсу) мы не могли.

Возникали проблемы и с подрядчиками для фанерного производства — долгое время итальянская компания, монтировавшая у нас бывшее в употреблении и восстановленное ею оборудование, жила у нас «наездами» по два месяца, налаживая свои станки, после чего эти станки вновь останавливались. И пока мы не нашли своего человека, способного эти станки запускать, мы несли здесь издержки. Рассказываю это, чтобы было понятно, что кризис ударил не по безоблачному производству, а усугубил множество текущих проблем. 

При этом лесоперерабатывающее производство — совсем не синекура. Например, в 2010 году было много лесных пожаров, мы были вынуждены много тратить на их тушение. Вместо того, чтобы заниматься производством, мы все были там, задействовали и технику, и людей.

— Как именно кризис отразился на «Аргусе»?

Кризис прошелся по «Аргусу» в двух направлениях.  Во-первых, у клиентов стало значительно меньше денег. Во-вторых, отреагировав на это, после начала кризиса резко изменилась конъюнктура на рынке фанеры. Цены на нее упали настолько, что только те, кто имел современное экономичное оборудование, могли удерживаться «в плюсе». Мы располагаем оборудованием менее современным и поэтому стали нести убыток на фанере, причем такой, что он не перекрывался доходом с пиломатериалов. 

При всем этом нам надо было гасить взятые кредиты — и мы их гасили, платить налоги — и мы их платили.

Так и получилось, что все это время предприятие в силу объективных факторов работало в убыток. 

Важно отметить, что включение нас в число приоритетных проектов главным образом давало возможность получить льготу по аренде леса — до момента выхода на прибыльность. Эта мера была специально разработана российским руководством для развития лесопереработки в стране, потому что без арендованного леса невозможно открывать лесоперерабатывающие заводы — они останутся без сырья, а арендовать лес за полную стоимость при таких затратах, которые идут на открытие завода, — нереально. Вот, поэтому инвестпроекты и получают льготу не просто на календарный период, а с учетом такого обстоятельства, как выход на прибыль.

Из-за того, что, в силу комплекса вышеперечисленных обстоятельств, мы не вышли на прибыль к моменту окончания первого срока нахождения в списке приоритетных проектов, мы в соответствии с законом подали заявку на продление льготы по аренде леса. Всю бумажную бюрократию на региональном уровне и на уровне московского лесного хозяйства мы прошли, после чего документы попали в Минпромторг в Москве. 

В Минпромторге документы приняли и стали оформлять согласие этого министерства.  И тут произошло событие, которое предопределило нынешние проблемы. Сотрудник московского Минпромторга, принявший наши документы, неправильно оформил их во входящие. В принципе, это был рабочий момент, который бы исправили без особых сложностей, но как раз в этот момент произошла смена команды Минпромторга в Москве на нынешнюю. Старый исполнитель ушел, не исправив свою оплошность, а для новых исполнителей наши документы как бы вообще никогда не существовали. Но узнали мы об этом намного позже.

«Если бы не рейдеры — льготу бы брать не стали»

— Почему взяли непосильный объем аренды?

— Завод по переработке леса, который не подкреплен гарантированным сырьем, уязвим для рейдерства. Достаточно арендовать лес вокруг него — и можно его забирать за копейки. Именно поэтому государством и введена льгота по аренде леса до выхода на рентабельность — потому что заводы вынуждены арендовать лес в гарантированно достаточных для производства объемах, с учетом его восстановления. 

— Насколько конкретно выросли затраты от ожидаемых?

— Инвестиционные затраты, по сравнению с ожидаемыми, выросли только на стоимость контрафактного котла — около 27 миллионов рублей. Но проблема не в этом, а в том, что из-за изменившейся конъюнктуры рынка наша себестоимость на фанерном производстве оказалась выше рыночной цены. Более современное, чем у нас, оборудование имеет более высокую производительность и к тому же более высокий выход продукции на единицу сырья — именно за счет этого оно и позволяет вписаться в рынок, получив прибыль.

— Сколько вы экономили в год на аренде благодаря льготе?

— Льгота составляла половину от стоимости аренды всего арендованного леса. Но рубили мы в четыре раза меньше, чем разрешено было рубить. Поэтому де-факто мы платили вдвое больше, чем если бы арендовали срубленные участки за полную цену. Если бы не необходимость страховаться от рейдеров, гарантированно имея сырье для завода и поэтому арендуя лес заведомо избыточных количествах от нужного в моменте, то мы бы вообще не стали брать льготу.  То есть и близко нет ситуации, что мы нарубили кучу леса и заработали благодаря льготе. Такая вот специфика отрасли.

Директор «Аргус СФК» — о долгах проекта, возможном банкротстве и консервации предприятия

— Было что-то помимо льготы за аренду — госгарантии по кредитам, субсидии?

— Нет, никаких субсидий и госгарантий не было. Абсолютно никаких! И это была принципиальная позиция учредителей, чтобы к ним не было никаких вопросов из-за их фамилий. Хотя мы могли запросто на них претендовать, ими не пользовались принципиально.  Даже притязания энергетиков, попытавшихся продать нам подключение к электричеству за немыслимые деньги, словно мы не имели уже готовой инфраструктуры под это, мы отбивали на общих основаниях, силами юристов, основываясь исключительно на законе.  Вообще, если бы мы не попадали на жуликов с котлом, а затем на масштабный кризис и непредвиденное изменение конъюнктуры из-за него, можно было бы развиваться и без льготы по аренде. Лесная промышленность рентабельна, пусть и не сверхприбыльна, мы вполне могли выйти на окупаемость в расчетные сроки. 

Что касается кредитов — учредители получили два банковских займа, которые и обеспечили необходимые инвестиции в производство.

— В какой момент вы узнали, что не пользуетесь льготой на аренду леса?

— Официально письмо о том, что мы не в проекте, пришло к нам в 2015 году. До этого момента и мы сами, и департамент лесного хозяйства региона были уверены, что находимся в проекте. Каждый квартал мы присылали специальные отчеты по состоянию проекта на уровень региона, никаких вопросов никогда не возникало.

Возникли они только в 2015 году, когда Минпромторг официально сообщил, что программу мы не попали. И нам из-за этого с 2011 года пересчитали за это время арендную плату, все пени за каждый день, плюс повышающие коэффициенты: то есть в этом году ты платишь одну сумму, на следующий — уже с коэффициентом 1,3, потом — 1,4 и так далее. Денег получилось очень много, более 32 млн рублей. Это при том, что лес там как рос, так и растет, не зная, арендован он кем-то или нет. Все обязательства вплоть до тушения лесных пожаров и восстановления вырубленного леса мы выполняли.

— На тот момент у компании была долговая нагрузка?

— До 2015 года у нас в рамках инвестпроекта, платежам, штрафам — все было заплачено, не было никаких долгов. Все показатели, которые мы должны были выполнить по этому проекту — техническое перевооружение производства, капитальные вложения свыше 310 млн рублей, — мы выполнили. И когда к нам пришло письмо о том, что мы в проект не попали, мы несколько опешили. Никто не подозревал, что такое вообще может быть. Проводили переговоры с новым составом Минпромторга, показывали документы, позволяющие понять, что мы действительно сдали все бумаги и у нас их приняли. Нам даже удалось убедить менеджеров Минпромторга в своей правоте, но тут что-то внутри министерства не сработало — то ли это до юристов не довели, то ли еще что-то, и Минпромторг вышел в суд. И хотя железная вина прослеживается в этом Минпромторга (пусть даже и его ушедшей команды), министерство, видимо, в итоге решило этого не признавать официально. Только из-за этого и образовался немаленький долг.

— К 2015 году удалось выйти на рентабельность проекта?

— Нет. Дело в том, что основной объем инвестиций направлялся на фанерный цех. Лесопильное производство, которое у нас работало в это время, было абсолютно рентабельным. За смену при нормальном пиловщике можно было делать по два вагона материала, если работать в три смены — объем уже достаточно серьезный. Но по проекту это было вспомогательным производством, и все деньги, которые выручали там, шли на кредиты и инвестиции по фанерному производству. Поэтому в целом предприятие конечно получалось убыточным. 

— На сколько конкретно? 10-20% убытка в год, больше?

— Точно сказать не могу. В целом предприятие держалось на плаву, ситуация до истории с Минпромторгом находилась в пределах приемлемого графика выхода на окупаемость. Да, медленнее, чем планировалось, но все же приемлемо. Более того, поскольку наше предприятие — единственное крупное в этом районе, помимо местной колонии, вся социальная нагрузка поселка Восточный, по сути, была на нас. Мы же, по сути, градообразующее предприятие. Местный детский приют, творческие коллективы, обе школы, ДЮСШ — все ложилось на нас. Дровами мы четыре котельные снабжаем, чтобы поселок отапливали, иногда и в долг отпускаем. Сейчас нам должны около 6 млн рублей, и мы понимаем, что они их не отдадут никогда. Но мы им помогаем, все равно мы там живем, как бы тяжело ни было. Включая близлежащие церкви — мы по просьбе епархии там и церковь построили, и еще одну снабжаем…

— Зачем тогда помогали, если денег нет?

— Ну, приезжает настоятель, говорит: «Хотим военно-патриотический клуб для молодежи построить, включая вашу молодежь, нам для этого нужно столько-то пиломатериала, столько-то фанеры, можете помочь?» Как я скажу «нет»? Конечно, помогу. С Ганиной ямы, когда они горели, к нам обращались, мы несколько машин отправляли. В приют каждый новый год подарки — нравится, не нравится, а приехал и оставил. Но я понимаю — дети, монастыри, все это важно. Понимаете, наши учредители слова о социальной ответственности воспринимают как свою личную ответственность перед людьми. Выбирая между более быстрым выходом на личную прибыль и более медленным, но с оказанием помощи жителям поселка, они выбирали помощь людям, пусть и за счет задержки в получении личной прибыли.

— Сколько человек работало на производстве?

— В разное время — от 200 до 500 человек. В самом Восточном сейчас живет порядка 3,5 тысячи человек. Это для нас создавало и кадровую проблему — оборудование сложное, всех надо обучать, из больших городов к нам никто не поедет за сотни километров в лес жить. Но мы этим занимались. 

«Сейчас мы можем обратиться к губернатору»

— Всю ли продукцию предприятия удавалось сбыть?

— Да, мы в итоге заняли свою нишу. Много пиломатериалов продавали в России, много отправляли в Египет. Но кризис несколько подкосил внутренний рынок, так как у российских покупателей резко уменьшилось количество денег: много материала у нас осталось в тот момент невостребованным, постепенно слеживалось и пришлось сбывать сильно ниже себестоимости — лишь бы не совсем на дрова пускать. Пришлось переориентироваться — отправляли в Туркмению, Азербайджан, на Кипр и в итоге нашли свою нишу в Узбекистане: там есть несколько крупных предпринимателей, которые готовы брать нашу продукцию в любых объемах, даже бороться за нее готовы. 

По фанере было сложнее — тут недалеко у нас «Фанком» (завод группы «Свеза», расположенный в Верхней Синячихе — прим. Znak.com), но мы старались пробиться. Сначала в Омск отправляли, потом нашли в Екатеринбурге три компании, которые берут нашу фанеру. Но с учетом приписанных нам долгов выживать, конечно, сложно.

— В какой момент вы должны были выйти на прибыль? В каком объеме?

— Вообще в бизнес-плане у нас стояла прибыль в пределах 15% от выручки. По последней его редакции мы должны были выйти на рентабельность к концу 2018 года. Но долги потянули нас вниз. 

— Есть мнение, что проблемы у предприятия начались после ухода из региона губернатора Александра Мишарина, который был связан с предприятием. Это так?

— Это не так, и я скажу даже больше: когда был Мишарин, который якобы имел к нам какое-то отношение, на предприятии было несколько хуже, чем было при Эдуарде Росселе или при Евгении Куйвашеве. Принципиально никто не пользовался никакими связями или дополнительными преференциями. Минпромторг внес нас в федеральную программу более чем за год до назначения Мишарина губернатором. Честно говоря, при Мишарине проблем было несколько больше. И тем не менее в то время про учредителей говорили разное.

Сейчас мы, например, можем обратиться к губернатору, к министерству, я на правительстве выступал. Центр занятости нам квоту на рабочих увеличил — они увидели, что наше предприятие выполняет еще и функции градообразующего. С министрами промышленности у нас были хорошие отношения — и Кокшаров был на заводе, и Пересторонин. К нам министра ЖКХ приглашали, чтобы посмотреть на нашу котельную — потому что таких котельных в регионе не было. То есть ни с каким правительством у нас не было никаких проблем: все они видели наш завод, видели, что мы проблемы не выдумываем, помогали, в меру сил, преодолевать сложности.

Директор «Аргус СФК» — о долгах проекта, возможном банкротстве и консервации предприятия

— Учредители с того момента как-то изменились?

— В данный момент изменений в составе учредителей нет.

— Сейчас Леонид Волков, который ранее уже освещал эту тему, вспоминает о разнообразных огромных льготах, которые вы получали при открытии предприятия. Что вы думаете по этому поводу?

— Леонид Волков еще шесть лет назад получил решение суда о том, что он распространяет недостоверные и порочащие глупости об «Аргусе». Сегодня он повторяет то, за что его уже однажды судили. По-человечески, понять Волкова можно: ему обидно, что он еще тогда проиграл суд, один из первых в его жизни, он хочет хоть немного походить на героя. Он на образе оппозиционера зарабатывает деньги, а его заявления об «Аргусе» как ранее не имели общего с реальностью, так и сейчас не имеют. Повторно комментировать то, что суд уже официально объяснил Волкову, смысла нет. Судить его в уголовном порядке за клевету — реально, но не факт, что нужно.

«Если долги предъявят сразу, компанию могут обанкротить»

— В свете возникшей долговой нагрузки предприятия, что планируется делать?

— Главная проблема завода сегодня: убыточность фанерного производства. Каждый день работы генерирует убыток. Причем в силу специфики участков с лесом, невозможно вырубать только хвойные деревья, а лиственные не трогать. Это — главная причина консервации не только фанерного производства, при том, что завод не банкрот. 

Сейчас еще добавилась ситуация с долгами, «нарисованными» нам в Минпромторге, которые, если мы окончательно проиграем все суды и если нам их предъявят все сразу, завод могут обанкротить. Учредители готовятся фанерное производство, а возможно и весь завод, законсервировать, чтобы найти выход из ситуации: потому что непонятно, как закончатся все эти суды и как нам придется за это платить. Если потребуют выплатить всю эту сумму, например, не сразу, а по какому-то приемлемому графику — тогда станет актуален вопрос о том, что надо или модернизировать производство фанеры, или с кем-то вместе ее производить из нашего сырья, или искать еще какие-то варианты. При развитии ситуации по первому варианту, придется искать инвестора.

Хотя завод и не ликвидируется, а лишь консервируется, мы вынуждены сократить штат, оставив только сокращенную команду, задача которой — поддерживать завод в законсервированном состоянии. Хотя сейчас мы ведем некоторые переговоры о сбыте фанерного кряжа и верим, что нам удастся сохранить на заводе лесопиление. Сегодня у нас работает 203 человека, после 1 сентября останется где-то 30-40, возможно, больше при работе лесопиления. Формально мы всех людей уведомили о грядущем сокращении, и с 4 сентября на предприятии должен остаться только сокращенный штат. Все бумаги для центра занятости мы выдали, люди встанут на биржу труда. Чтобы поселок выжил, заранее заготовили запас дров: на две зимы должно хватить. 

На самом предприятии останется охрана, должны быть люди, которые должны прокручивать оборудование, обслуживать котельную. Кроме того, остается работающее пеллетное производство и углежжение. То есть вялотекущая жизнедеятельность остается, до того момента, пока не появится инвестор. 

Параллельно ищем субарендаторов под наши лесные участки. Если хотя бы большую часть леса сдадим, будет хорошо. Пока есть договоренности о мелкой аренде участков, в сумме где-то на 70 тыс. кубов лесозаготовки в год. Еще раз повторю, пока мы рассчитываем на вариант консервации только фанерного производства, без консервации лесопильного, связанного с хвойными породами деревьев. Если нам это удастся обеспечить — мы минимизируем количество сокращаемого персонала уже на данном этапе.

— Какие-то переговоры с потенциальными инвесторами уже шли?

— Компанией интересовались из Южной Кореи, еще пара делегаций приезжала. То есть заинтересованность есть, и как я понимаю, среди них есть потенциальный инвестор, который может проинвестировать в площадку.

— Вы готовы к полной продаже предприятия или лишь частичной?

— Пока нельзя точно сказать, будет ли оно вообще продаваться. Если будет — то возможны разные варианты. Однако в данный момент приоритетным является вариант сохранения предприятия, с консервацией только фанерного производства, а после его модернизации — продолжение работы в полном объеме. 

— Сколько может стоить комбинат?

— Сложно сказать. Там серьезное лесопильное производство, фанерное производство, пеллетное производство, еще в зачатке два вида продукции — пихтоварение, например, мы в пилотном виде пробуем. Потенциал развития там достаточный. Из проблем — сложности с кадрами и повисшие долги.

Плюс, нужно понимать, что фанерный цех там работает только на первом этапе. Туда нужно докупить еще определенное оборудование, и немало. У нас сейчас только один пресс, а в полном проекте предполагалось три пресса. У нас сегодня один лущильный станок, а предполагалось, что их будет два. То есть туда нужно вложить еще столько же денег, сколько вложено.

— Если суд решит спор в вашу пользу, предприятие сможет выжить?

— Я считаю, что есть такая возможность. Если мы найдем более крупных субарендаторов, есть перспективы, чтобы нам помогли с лесозаготовкой. Если сможем договориться о поставках нашего лиственного сырья изготовителям фанеры — можем снять с себя убыток, связанный с фанерным производством. Если найдем инвестора, готового технически перевооружить производство фанеры на более современное — тем более. В общем, если ряд положительных факторов сложится, шансы есть, и немалые.

Директор «Аргус СФК» — о долгах проекта, возможном банкротстве и консервации предприятия

— На время консервации предприятие отказывается от аренды участков?

— Разговора такого не было. Пока нет окончательного решения, как именно будет выглядеть предприятие: мы ищем инвестора, субарендаторов, и какая экономическая модель выстроится, пока вопрос. Есть вероятность предложить наши делянки кому-то, у кого есть свое фанерное производство: ведутся переговоры с «Фанкомом», департамент рассылает предложения заинтересованным лицам. Если получится, то на первом этапе консервации возможен период, когда мы большую часть сдадим в аренду. Если мы до 200 тысяч из этих 316 тыс. кубов сдадим, это будут серьезные деньги, достаточные, чтобы как-то пересмотреть стратегию развития. В любом случае на нас остается обслуживание аренды — нам придется нанимать рабочих, следить за лесом. Но бросать предприятие, которое сами с развалин возводили, никто не собирается.

— Что произойдет, если суды закончатся не в пользу предприятия? 

— Я так понимаю, что соинвестор определится так или иначе. Предварительно мы всех предупреждаем, что долговая нагрузка у компании есть, и он будет заходить на предприятие с учетом того, чтобы деньги выплачивались. Возможно, будет реструктуризация долга, возможно, этот процесс будет растянут по времени. Здесь наш департамент лесного хозяйства готов идти на переговоры — для них важно, чтобы у леса был хозяин, и они активно нам помогают в этом плане. Кроме того, мы надеемся и на то, что Минпромторгу и вообще властям, отвечающим за лесопереработку, важно не просто выиграть суды, поставив «галочку» в успех юристам. Надеемся, что они думают, как не обанкротить в результате этой победы (если она все же состоится) предприятие лесной промышленности, практически единственное и обеспечивающее работой жителей поселка, который расположен в лесу, в 400 километрах от Екатеринбурга.


© 2017, НЭП 08

Реклама
сюжет

С 1 сентября деревообрабатывающий комбинат «Аргус» ждет частичная консервация фанерного цеха, пишет Znak.com. В свое время предприятие прославилось из-за…
>>>

сюжет

Число людей, живущих с диагнозом ВИЧ-инфекция, к концу 2017 года превысит миллион человек. По числу выявляемых случаев заражения ВИЧ Россия — на унизительном…
>>>

сюжет

В числе получателей президентского гранта на этой неделе оказался проект «Интерактивная карта ГУЛАГА» Фонда увековечения памяти жертв политических репрессий,…
>>>

сюжет

Одному из самых старых торговых предприятий в Свердловской области — Шарташскому рынку исполняется 85 лет, пишет «Областная газета». Он был создан летом…
>>>

сюжет

Заместитель главы Администрации города Екатеринбурга по стратегическому планированию, вопросам экономики и финансам Андрей Корюков в эфире радиостанции…
>>>

сюжет

В администрации Екатеринбурга кипит работа, которая должна закончиться глобальным преобразованием городской среды, созданием нового мегаобъекта, пишет…
>>>

сюжет

Банк «Югра», в котором накануне была введена временная администрация, не выдавал кредиты клиентам, а деньги вкладчиков использовал для поддержки предприятий…
>>>

сюжет

Пока «тропические ливни» продолжают затапливать Екатеринбург, а горожане обсуждать это и испытывать на себе последствия осадков, власти уральской столицы…
>>>

сюжет

Государство предпринимает новое наступление на свободу в интернете. Telegram остается под угрозой блокировки, рассматривается закон по запрету анонимайзеров…
>>>

сюжет

Начальник Департамента экономики Администрации города Екатеринбурга Алексей Прядеин в эфире программы «Сумма мнений» на телеканале ЕТВ рассказал о стратегии…
>>>

группа компаний ЛЕВЪ & ЛЕВЪ-АУДИТ
ВНИМАНИЕ! 18+
15 сентября

18:03 // В свердловский парламент внесен документ, разрешающий онлайн-трансляции из Уставного суда
Законопроект будет рассмотрен в осеннюю сессию Заксобрания

17:44 // На Среднем Урале за 8 месяцев введен миллион квадратных метров жилья
Как следует из данных Свердловскстата, летом этого года застройщики более активно вводили дома, чем в прошлом

17:32 // Невьянская наклонная башня стала самым популярным у туристов объектом Среднего Урала
Красота Невьянска привлекла свыше 70 тыс. туристов

17:28 // Нарушения зрения остаются лидирующим заболеванием у детей Свердловской области
Проблемы со зрением имеет каждый 8-й ребёнок в Свердловской области

17:22 // AliExpress, eBay и Amazon могут исключить Россию из списка доставки
АКИТ, куда входят 37 крупных российских ритейлеров, считает эти меры уравнивающими конкурентоспособность отечественных компаний и иностранных поставщиков

17:14 // Создатель Telegram Павел Дуров объяснил сбой в работе мессенджера
Накладка в работе программы произошла из-за резкого всплеска активности пользователей

14 сентября

23:53 // Тунгусов: по итогам выборов «Яблоко» и «Зеленые» потеряли представительство в городах

23:48 // В Екатеринбурге после долгого перерыва появился спрос на комнаты в коммуналках
Продавцы жилья объясняют вновь появившийся интерес к комнатам их стоимостью

23:31 // Инклюзивное образование в Свердловской области стало доступнее
В прошлом учебном году по новым стандартам уже 1982 ребёнка окончили первый класс и перешли в следующий

23:25 // Куйвашев передал 35 автомобилей скорой помощи медицинским учреждениям Свердловской области
Новый транспорт отправятся в Первоуральск, Каменск-Уральский, Нижний Тагил, Артемовский, Сысерть, Ирбит и другие города Среднего Урала

23:20 // Андрей Чибис отметил смелые эксперименты свердловчан по круглогодичному ремонту жилья
В Екатеринбурге собрались представители региональных операторов капремонта со всей страны

23:15 // На Среднем Урале смешали с землей 108 килограммов санкционных яблок
Санкционные яблоки были уничтожены путём денатурации

Реклама
13 сентября

19:57 // В Екатеринбурге открывается предзаказ на iPhone 8
В уральской столице новинки будут доступны во всех цветовых решениях

19:50 // Куйвашев сделает вузы «приоритетным пространством инноваций» в Свердловской области
Как следует из постановления, заниматься «инновациями в вузах» будет проектный офис

19:43 // Екатеринбург может стать первым городом, который проведёт инклюзивное ЭКСПО-2025
Екатеринбург заявил тему — «Изменяя мир: Инклюзивные инновации для наших детей и будущих поколений»

19:39 // Разработанная свердловскими учёными мобильная волновая электростанция вошла в топ-100 лучших изобретений России
Получение энергии с сохранением природных ресурсов - одно из приоритетных направлений деятельности

19:34 // В Свердловской области насчитали 26 тысяч потенциальных банкротов
Средний Урал на четвёртом месте по количеству потенциальных банкротов

19:29 // Средний Урал вышел на первое место в стране по темпам увеличения производства молока
Такие данные озвучили в Министерстве сельского хозяйства РФ

17:24 // Евгений Куйвашев подписал указ об ежегодном конкурсе среди СМИ, посвящённом противодействию терроризму
По мнению главы региона, в последнее время по всему миру отчётливо видны попытки пропаганды терроризма

12 сентября

23:06 // На Среднем Урале создадут всероссийскую ассоциацию «РосСнайпинг»
Ее главным отличием от других, по словам организаторов, будет наличие собственного полигона для проведения стрельб

23:01 // В России с 2018 года проверки в трудовой сфере ограничат с помощью чек-листов
Предполагается, что контролёры не смогут выходить за пределы перечня вопросов в чек-листах

22:56 // Эксперты присвоили Свердловской области кредитный рейтинг ВВВ+ c прогнозом «Стабильный»
Средний Урал показал стабильность своих капитальных расходов в течение 2014-2017 годов

22:51 // Жителям Свердловской области не хватает до зарплаты в среднем 38 500 рублей
Опрос проводился среди зрителей телеканала ОТР

22:47 // Детям Свердловской области ожирение не грозит
Количество случаев ожирения среди детей от 0 до 17 лет сейчас составляет 3,6% от общего числа детских заболеваний

22:43 // По решению Евгения Куйвашева к деревне Анатольская скоро подтянут газопровод
Протяжённость нового газопровода составит 16 км

22:38 // На Урале стартовал проект по импортозамещению в агропромышленной сфере «Уральский картофель»
В селекционно-семеноводческий центр завезены первые микрорастения

11 сентября

22:19 // Уральских туристов вынуждают лететь туда, где бушует «Ирма»
Стихия обрушилась на Карибские острова, затопила Майами в США, пронеслась по кубинскому побережью

22:13 // Российский авторынок в августе занял второе место в Европе
В прошлом месяце продажи легковых автомобилей в нашей стране составили более 122,5 тыс. единиц

22:08 // В России числится около 660 тысяч потенциальных банкротов
По данным ОКБ, большая часть потенциальных банкротов — заёмщики с двумя открытыми кредитами

22:02 // "Время политпрохвостов уходит"
Евгений Куйвашев обратился к избирателям

21:57 // В Екатеринбурге обезвредили 93,8 тысяч ртутных ламп и термометров
Екатеринбуржцам напоминают: особо опасные бытовые отходы надо утилизировать отдельно

21:53 // В российских вузах вырос средний балл для поступления
Был увеличен план приема для обучения по некоторым специальностям

Реклама
8 сентября

23:14 // Развитие цифровой экономики на Среднем Урале Евгений Куйвашев поручил специальной рабочей группе
В состав этой рабочей группы вошли члены регионального кабинета министров

23:07 // ФНС с начала года увеличила перечисления в бюджет до 11 триллионов рублей
Также за восемь месяцев текущего года увеличились перечисления в федеральный бюджет

23:02 // В Бисерти ликвидировали пятидесятилетнюю свалку
Первые деревца в рамках экоакции высадили руководитель фракции "Единая Россия"

22:57 // В России увеличились продажи легкового транспорта на 16,7%
На первом месте находится «АвтоВАЗ», который реализовал 26211 машин

22:53 // Минтранс РФ планирует отказаться от транспортного налога
В соответствии с Транспортной стратегией РФ на период до 2030 года, планируется смена налога на автомобильный транспорт

22:49 // ФАС урегулирует проблему мобильного роуминга в РФ до конца года
ФАС ожидает решения по этому вопросу от самих операторов, в случае противного будут применены штрафные санкции

22:40 // Избирком: больше всех агитматериалов напечатал Куйвашев, меньше всего — Торощин
Оставшиеся кандидаты напечатали на 30% агиток меньше

7 сентября

22:18 // Свердловские больницы будут получать на 10 рублей больше за каждого прикрепленного жителя
Кроме того, будет увеличена базовая ставка в круглосуточном стационаре

декабрь 2017
пвсчпсв
123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031
Темы и сюжеты
Деловой экспресс
 
 
 
© НЭП'08, Ежедневные Экономические Вести, 2017.
Свидетельство о регистрации СМИ ИА № ФС 77-35301 от 16 февраля 2009 года
E-mail: info (a] nep08.ru
При использовании материалов ссылка на «НЭП'08» обязательна
Категория информационной продукции 18+